Международные режимы контроля над вооружениями и двусторонние договоренности РФ и США в условиях украинского кризиса

Международные режимы контроля над вооружениями и двусторонние договоренности РФ и США в условиях украинского кризиса

Аннотация

Международные режимы контроля над вооружениями и двусторонние договоренности РФ и США – режимы, ограничивающие производство, экспорт, накопление и хранение оружия массового уничтожения и договоренности между РФ и США по сокращению тактического и стратегического ядерного вооружения соответственно. В данной работе мы рассматриваем их устойчивость и выполнение в контексте Украинского кризиса, опираясь на публичные заявления должностных лиц РФ и США, а также на актуальную информацию по данной проблематике, взятую нами из масс-медиа.

Ключевые слова: Украинский кризис, Оружие массового уничтожения, Режимы контроля над вооружениями, СНВ-3, РСМД.

Bulanov A.A.

Arms Control/Non-proliferation regimes and bilateral agreements of the Russian Federation and the United States in the Ukrainian crisis situation.

International arms control regimes and bilateral agreements of the Russian Federation and the United States — regimes that limit the production, export, accumulation and storage of weapons of mass destruction and the agreement between the Russian Federation and the United States to reduce the tactical and strategic nuclear weapons. Author has considered the stability of Arms Control/Non-proliferation regimes and bilateral agreements in the context of the Ukrainian crisis, based on public statements by officials of the Russian Federation and the United States, as well as current information on this issue.

Keywords: Ukrainian crisis, Weapons of mass destruction, Arms Control/Non-proliferation regimes, Strategic Arms Reduction Treaty – 3, Intermediate-Range Nuclear Forces Treaty.

Революционные и последовавшие вслед за ними военные события на Украине однозначно стали внешнеполитическими событиями уходящего года номер 1, затмив собой не менее серьезный по последствиям цивилизационный “тектонический сдвиг” на Ближнем Востоке.

По большому счету, мы являемся свидетелями формирования новой системы международных отношений – поскольку старая модель взаимодействия передовых держав, очевидно, поскользнулась на постсоветских противоречиях. Неудивительно и то, что по ситуации на Украине у ключевых внешнеполитических игроков сформировались собственные позиции, интересы и задачи, зачастую — взаимоисключающие.

“Большая игра” усложняет продуктивный разговор на предмет эволюции международных режимов контроля над вооружениями – и на первый взгляд кажется, что достаточно неловко на полном серьезе обсуждать дальнейшее сокращение и ограничение стратегических наступательных вооружений в то время, как ведущий пропагандист одной из конфликтующих сторон в вечернем выпуске новостей на всю страну заявляет о гипотетической возможности превращения державы-оппонента в “радиоактивный пепел”.

Тем более, что ведущему пропагандисту вторит президент второй конфликтующей стороны, называя оппонента “угрозой для мира номер 2 после Лихорадки Эбола” Однако, на наш взгляд, все это не более чем грозная риторика, и на полноценный кризис российско-американских отношений все происходящее никак не тянет – подтверждением тому мы считаем заявление генерального секретаря НАТО Йенса Столтенберга, последовавшее вслед за варварским расстрелом исламскими фундаменталистами редакции французского еженедельника Charlie Hebdo. Процитируем:

 “Мы все также стремимся к сотрудничеству и конструктивному взаимодействию с Россией в сфере противодействия терроризму. Мы считаем очень важной работу с Россией, которая является нашим крупнейшим соседом в Европе, в решении таких вопросов, как борьба с терроризмом” .

Стало быть, непримиримый антагонизм между Россией и Америкой исключен – несмотря на разногласия по украинскому вопросу, общечеловеческие ценности, такие как гуманизм, а также наличие общего врага, эти самые гуманистические ценности отрицающего, дает нам надежду на то, что “конкурирующие” державы еще не разучились находить взаимопонимание.

Да, внешнеполитическая “разрядка” завершена, “перезагрузка” провалилась, и контекст, в котором существуют международные режимы контроля над вооружениями, вызывает некоторую озабоченность.

Но ведь и сами режимы контроля над вооружениями формировались в годы “Холодной войны” – несмотря на все противоречия между двумя конкурирующими сверхдержавами. К тому же, комиссия ООН по разоружению свою деятельность в связи с украинским кризисом прекращать не намерена, а непосредственно международные режимы контроля над вооружениями функционировать не перестают – более того, данные системы спокойно выдерживают вызов времени.

Именно это мы и докажем в данной работе. Мы разделим международные режимы контроля над вооружениями на две группы по общему признаку – на режимы контроля над ОМУ и на договоры о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ) и ракет средней и малой дальности (РСМД).

В каждой из этих групп мы рассмотрим новейшую информацию по их деятельности – и, рассмотрим влияние повестки дня на вышеуказанные режимы.

Режимы контроля над ОМУ в условиях украинского кризиса

Как известно, существует три вида оружия массового уничтожения – и, соответственно, существует три режима контроля над ними.

Начнем с режима контроля над биологическим и токсинным оружием (КБТО). Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического и токсинного оружия и об их уничтожении была открыта к подписанию в 1972 году и вступила в силу в 1975.

Нам в контексте ухудшения российско-американских отношений представляются важными два пункта конвенции[1]:

  1. Россия и США являются государствами-депозитариями
  2. Срок действия конвенции не ограничен

Очевидно, что ухудшение взаимоотношений России и США не достигло той отметки, при которой эти страны прервали бы действие конвенции – впрочем, это бы в любом случае противоречило здравому смыслу, в силу самой специфики бактериологического оружия.

Из материалов по данной теме автору на глаза попалась замечательная пропагандистская видеоагитка из крайне ненадежных источников (Pravda.News), в которой сообщается о том, что Украина готова применить биологическое оружие против войск ДНР и ЛНР – и биологическое оружие у Украины, стало быть, появилось в обход КБТО[2].

Мы полагаем, что отечественный МИД так или иначе отреагировал бы на столь вопиющее нарушение режима контроля над ОМУ, тем более в условиях военных действий – и это только одна из причин, не позволяющих рассматривать данную “новость” всерьез.

В нагрузку к этой информации добавим, что по версии Геннадия Онищенко, на территории Грузии ведется разработка биологического оружия – именно из грузинских лабораторий на Украину был якобы доставлен данный вид оружия массового уничтожения[3].

По нашей же версии, в случае серьезных подозрений Кремля на разработку биологического оружия на территории Грузии, данная тема была бы обязательно внесена нашей страной на повестку дня в Совете Безопасности ООН.

Ежели убрать данный бессмысленный “информационный шум”, то получается, что режим КБТО в настоящий момент устойчив и эффективен ровно настолько, насколько это вообще возможно при современной модели международных отношений, с учетом современных вызовов и угроз международной безопасности – и ухудшение взаимоотношений России и США в связи с Украинским кризисом на КБТО никак не сказалось.

Что же до химического оружия, то с ним дело обстоит аналогичным образом, и при этом без сопутствующего “информационного шума”. Так, США к настоящему моменту уничтожили более 90% национальных запасов химического оружия[4], а Россия – 85%[5].

Нет никаких сомнений, что к 2021 году запасы химического оружия как в России, так и в Соединенных Штатах, будут уничтожены полностью. Параллельно с этим, идет процесс уничтожения химического оружия в других частях света – так, в феврале минувшего года было уничтожено химическое оружие в Ливии[6], вслед за ним осенью было ликвидировано сирийское химическое оружие[7].

Тот факт, что у России и США одинаковая позиция по химическому оружию, озвучил 6 января представитель Белого Дома Джош Эрнест. Что немаловажно, данное заявление было напрямую завязано на контекст.

«У нас есть серьезные разногласия с русскими из-за их поведения на Украине. Тем не менее есть вопросы в сфере национальной безопасности, по которым у нас существуют общие взгляды».

Он также напомнил, что Россия является важным участником переговоров по иранской ядерной программе, а также сыграла ключевую роль в уничтожении арсеналов химического оружия в Сирии.

Приведенные выше данные в своей совокупности позволяют нам зафиксировать безусловную устойчивость и эффективность режима контроля над химическим оружием, несмотря на внешнеполитический контекст.

Теперь о последнем виде оружия массового уничтожения – о ядерном. Нам представляется очевидным, что страны-депозитарии сами себе не враги, и ни США, ни Россия не заинтересованы в расширении клуба ядерных стран. К тому же, как упоминалось немногим выше, Джош Эрнест обратил внимание на роль России в переговорах по иранской ядерной программе. Что же до самой ядерной программы Ирана, то здесь следует отметить, что 21 июля – то есть во время одного из самых острых моментов внешнеполитического противостояния России и Запада минувшего лета в связи со сбитым малазийским Боингом, Тегеран свернул программу обогащения урана до безопасного уровня[8].

А теперь – вернемся к Украине, поскольку в связи с украинским кризисом появилось одно государство, желающее, по словам министра обороны этого государства, вступить в клуб ядерных держав, и это государство – сама Украина[9]. Впрочем, любому вменяемому человеку очевидно, что это не более чем риторика, и количество стран в ядерном клубе от подобных заявлений не увеличится.

Тем не менее, несколько камней преткновения в связи с украинским кризисом в сфере режима контроля над ядерным вооружением все-таки имеют место быть. Это два момента – первый по сворачиванию программы Нанна-Лугара (дипломатической программы, заключавшейся в сотрудничестве между Москвой и Вашингтоном в сфере разоружения, безопасности, а также в демилитаризации технологий двойного назначения), а второй по ядерным объектам в Крыму.

Что касается первого момента, так, в апреле 2014 года Вашингтон принял решение поспешно свернуть двустороннее сотрудничество с Россией по обновленной программе Нанна-Лугара[10]. Тут следует заметить, что с 2012 года Россия заметно ужесточила свою позицию по двустороннему сотрудничеству – так, сократилось количество совместных проектов, и был ограничен доступ американских инспекторов к ряду ядерных объектов. Обновленное сотрудничество планировалось проводить на невоенных ядерных объектах.

Тут нам представляется немаловажным то обстоятельство, что как Россия, так и США в любом случае планировали сворачивать двустороннее сотрудничество[11] – поскольку оно перестало интересовать как Москву, так и Вашингтон. Как для США бессмысленно заниматься финансированием работ по повышению уровня защиты невоенных ядерных объектов, не имея при этом доступа к объектам военным, так и для России не с руки допускать представителей своих геополитических конкурентов на места дислокации стратегических ядерных сил.

Мы считаем очевидным, что украинский кризис в данном случае выступил не более чем катализатором, продемонстрировавшим то, что двустороннее сотрудничество по программе Нанна-Лугара, которое было достаточно продуктивным в 90-ые годы, к настоящему моменту окончательно зашло в тупик. Опять-таки, поспешное сворачивание программы Нанна-Лугара в связи с Украинским кризисом нам представляется не более чем дипломатическим жестом, никак не меняющим самой сути вопроса.

Теперь про ядерные объекты в Крыму. К настоящему моменту Россия взяла на себя ответственность за состояние ядерных объектов на полуострове – согласно международно-правовому полю и принципам работы МАГАТЭ[12].

Несмотря на это обстоятельство, ни одна из стран-членов МАГАТЭ не признала права собственности крымских ядерных объектов за Россией[13]. Мы же можем прокомментировать это факт следующим образом: данный вопрос находится не в поле компетенции МАГАТЭ, поскольку это вопрос юридического статуса Крыма для международного сообщества. Позиция МАГАТЭ будет напрямую зависеть от решения данного вопроса международным сообществом – каким будет данное решение, на настоящий момент сказать сложно, равно как и сложно сказать, когда успокоится непосредственно обстановка на Украине.

Тем не менее, мы не можем не отметить, что не смотря на сложную внешнеполитическую обстановку и дипломатический кризис, принципы работы МАГАТЭ никто и не думал отрицать – что возвращает нас к упомянутому выше тезису про то, что режимы контроля над оружием массового уничтожения достаточно устойчивы и эффективны, поскольку не поддаются сколько-нибудь заметной трансформации в связи с изменением внешнеполитической обстановки.

Завершим эту часть данной работы подкреплением сказанного выше тезиса. Разумеется, мы не можем назвать функционирование режимов контроля над ОМУ безупречным,  поскольку реальность динамична и создает новые вызовы для любой системы (а режимы контроля над ОМУ, безусловно, являются системами).

Тем не менее, режимы контроля над ОМУ продолжают развиваться вместе с новыми вызовами – коим Украинский кризис и является. И как мы рассмотрели выше, ни на устойчивости, ни на эффективности данных режимов украинский кризис заметным образом не сказался.

Вообще же, в 2010 году, еще до украинских событий, МИД РФ предоставило доклад о фактах нарушения США своих обязательств в сфере нераспространения оружия массового поражения и контроля над вооружениями – фактически обвиняя Вашингтон в халатности.

“В докладе, в частности, сообщается, что из-за нарушений мер радиационной безопасности и правил хранения радиоактивных материалов на ряде американских предприятий только в период с 1996 по 2001 годы было утеряно около 1500 источников ионизирующих излучений.

Так, по данным МИД, в 2004 году компания Pacific Gas and Electric Company в Калифорнии потеряла три сегмента отработанных топливных стержней, использовавшихся в реакторах АЭС Hambolt Bay.

В том же году в Вирджинии был похищен контейнер с радиоактивными материалами цезий-137 и америций-241. А в декабре 2005 года на предприятии Ground Engineering Consultants в Колорадо был утерян источник радиоактивного излучения, содержащий цезий-137.

Кроме того, в 2006 году в главном научно-исследовательском центре военных ядерных технологий в Лос-Аламосе была вскрыта пропажа электронного носителя с засекреченной информацией. Впоследствии носитель был обнаружен у криминальной группировки, связанной с торговлей наркотиками” .

Как можно заметить из текста, ни о каком злом умысле речи не идет. Но это не главное, что мы можем выявить из данной новости. Ключевое здесь то, что сама постановка вопроса говорит нам о том, что режимы контроля над ОМУ функционируют как положено – и даже если вдруг халатность одной из держав становится поводом для дипломатического жеста (где первопричиной выступает жест, а не халатность), то это тоже парадоксальным образом работает на укрепление режима контроля над ОМУ.

Почему мы включили новость 2010 года в данную работу? Потому что мы хотим этим сказать, что несмотря на Украинский кризис, противоречия между РФ и США в сфере режимов контроля над ОМУ остались на том же самом уровне, который можно заметить в выдержке из новости выше.

Двусторонние соглашения о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ) и ракет средней и малой дальности (РСМД) в условиях украинского кризиса

Как известно, в настоящее время между Россией и США действует подписанное в 2010 году СНВ-3 (Соглашение о сокращении стратегических наступательных вооружений). Как вытекает из названия, данный договор обязывает подписавшие его державы сократить и ограничить число как развернутых, так и неразвернутых стратегических вооружений.

Мы считаем, что лучшим описанием состояния статуса соглашения являются слова Сергея Лаврова, произнесенные 19 ноября 2014 года:

«СНВ-3 отвечает коренным стратегическим интересам РФ, и при условии его соблюдения американской стороной — а пока данных об обратном мы не имеем — мы заинтересованы в его полной реализации. Это повысит стабильность в мире при отсутствии какого-либо ущерба нашим способностям обеспечивать свою безопасность и стратегическую стабильность в масштабе всей планеты» .

Из этой цитаты следует, что договор СНВ-3 продолжает соблюдаться как Россией, так и Соединенными Штатами. Опять-таки, работает инстинкт самосохранения – здесь можно вспомнить выполнение соглашения ОСВ-1 в годы Холодной Войны. Все же локальные конфликты и противоречия между ядерными державами это одно дело, а количество нацеленных друг на друга ядерных боеголовок – совершенно другое.

Поскольку, по большому счету, про СНВ-3 больше нечего добавить, перейдем к Договору о ликвидации ракет малой и средней дальности. Здесь дело обстоит на порядок сложнее – так, в июле 2014 года Вашингтон обвинил Россию в несоблюдении данного договора. Что любопытно, МИД РФ назвал это обвинение попыткой “дискредитировать Россию”.

Вашингтон и в настоящий момент считает, что Россия нарушает данный договор. Опять же, еще раз обратимся к Ленте.Ру, поскольку сформулированные в статье цитаты, на наш взгляд, лучшим образом описывают сложившееся положение вещей:

“Роуз Геттемюллер (заместитель госсекретаря США по контролю над вооружениями и международной безопасности), выступая 11 декабря на слушаниях в комитете палаты представителей Конгресса США по делам вооруженных сил, подчеркнула важность давления на Россию. Она также не исключила военных и экономических вариантов ответа на политику РФ. При этом заместитель госсекретаря выступила против выхода из договора Соединенных Штатов. По мнению дипломата, такой шаг дал бы Москве «свободу действий»”.

Прокомментируем цитату – по большому счету, Договор РСМД является теми правилами игры, выход за которые крайне нежелателен. Но нельзя не обратить внимание на то, что несмотря на недовольство Вашингтона, США не планирует выходить из данного договора. Кроме того, подписанный договор делает возможной саму подобную постановку вопроса об условной свободе действий в случае выхода из договора одного из ключевых его участников – а это, на наш взгляд, немаловажно.

Что же касается слов про “военные варианты ответа”, то нам видится здесь гипотетическое усиление группировки НАТО, скажем, в Прибалтике – опять же, в качестве дипломатического жеста. Впрочем, и это нам представляется не более чем воинственной риторикой, нежели буквальной угрозой.

Так как тема работы связана с украинским кризисом, то следует упомянуть один очень важный момент – трения между Москвой и Вашингтоном по РСМД с ним никоим образом не связаны, во всяком случае, если рассуждать по существу.

Дело в том, что ВС РФ в 2016 году планируют поставить на вооружение Стратегический ракетный комплекс РС-26, якобы нарушающий РСМД. А первые обвинения в том, что постановка на вооружение данного комплекса нарушают РСМД, прозвучали еще весной 2013 года – задолго до Украинского кризиса[14]. Что характерно, обвинения звучали со стороны американской прессы[15].

На наш взгляд, обвинения Вашингтона в нарушении Москвой РСМД и есть “дипломатический жест” – то есть лишний повод для США продемонстрировать общее недовольство политикой Кремля по Украинскому кризису, поскольку до украинских событий эта тема на официальный уровень не поднималась.

К слову, информация о технических характеристиках ракетного комплекса (сиречь, дальность полёта ракеты) в открытых источниках не публиковалась[16] – следовательно, мы не можем сделать вывод, насколько постановка комплекса на вооружение в действительности нарушает РСМД.

Но мы можем сказать с уверенностью, что ракетный комплекс будет введен в эксплуатацию, несмотря на негативную реакцию Вашингтона – а значит, на дипломатической арене снова будут ломаться копья.

Впрочем, как было сказано выше, согласно словам Роуз Геттемюллер, выхода из договора США не произойдет в любом случае – поскольку невозможность к нему апеллировать в дипломатической сфере означает ограничение переговорных возможностей. А это автоматически договор укрепляет – ведь в действительности выход из договора не нужен ни Москве, ни Вашингтону.

Заключение.

События, произошедшие на Украине в прошлом году, серьезно взбудоражили мировую общественность. Звучало много громких слов, призывов, международное информационное поле то и дело заполняла агрессивная пропаганда – и в общем и целом складывалось достаточно гнетущее впечатление.

Но углубившись в проблематику и рассмотрев Украинский кризис через призму проблемы устойчивости и эффективности международных режимов контроля над вооружениями (и  наоборот), мы пришли к парадоксальному выводу, что данные режимы стали, как минимум, выдержали столь серьезный вызов времени.

Наверно, в этом есть некоторые ницшеанские мотивы — ведь существует большая вероятность того, что международные режимы контроля над ОМУ и двусторонние договоренности станут еще более устойчивыми и эффективными по завершению событий на Украине.

Тем более, что заместитель госсекретаря США по контролю над вооружениями и международной безопасности Роуз Геттемюллер в своем заявлении по Договору РСМД лично признала, что, несмотря на

“нарушение Договора РСМД…остальные договоренности в сфере вооружений Россия соблюдает”

– а это, на наш взгляд, в нынешнем контексте громких заявлений и конфронтационной риторики, весьма и весьма показательно.

Источники:

[1] URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/bacweap.shtml.  Дата обращения: 06.01.2015

[2] URL: http://pravdanews.info/bakteriologicheskoe-oruzhie-na-ukraine-est.html.  Дата обращения: 06.01.2015

[3] Независимое Военное Обозрение. Россию не устроили объяснения Грузии насчет военной биолаборатории США. // URL: http://www.ng.ru/news/438838.html.  Дата обращения: 06.01.2015

[4] Lenta. Ru. США отчиталась об утилизации химоружия.// URL: http://lenta.ru/news/2012/01/26/chemical/.  Дата обращения: 08.01.2015

[5] Lenta. Ru.Россия ликвидировала 85 процентов химического оружия.// URL: http://lenta.ru/news/2014/12/01/chemical/.  Дата обращения: 08.01.2015

6 Lenta. Ru. Ливия уничтожила химическое оружие.// URL: http://lenta.ru/news/2014/02/05/destroy/.  Дата обращения: 08.01.2015

7 Независимое Военное Обозрение. К настоящему моменту уничтожено 97,8% химоружия, вывезенного из Сирии. // URL: http://www.ng.ru/world/2014-10-28/7_syria.html.  Дата обращения: 08.01.2015

8 Lenta. Ru. Иран избавился от высокообогащенного урана. URL:  http://lenta.ru/news/2014/09/14/atom/.  Дата обращения: 08.01.2015

9 Lenta. Ru. Минобороны Украины задумалось о создании ядерного оружия.// URL: http://lenta.ru/news/2014/09/14/atom/.  Дата обращения: 08.01.2015

10 Lenta. Ru. США прекратят помогать России обеспечивать ядерную безопасность.// URL: http://lenta.ru/news/2014/04/08/nuclear/. Дата обращения: 08.01.2015

11 Там же

12 Lenta. Ru. Россия приняла под свою ответственность ядерные объекты в Крыму. URL:  http://lenta.ru/news/2014/11/04/nuclear/.  Дата обращения: 08.01.2015

13 РиаНовости. Божко: РФ должна нести ответственность за ядерные объекты в Крыму. URL:  http://ria.ru/world/20141225/1040189593.html.  Дата обращения: 08.01.2015

14 Lenta. Ru. В 2016 году на дежурство встанет новый ракетный комплекс РС-26. URL:  http://lenta.ru/news/2014/12/25/rubezh/.  Дата обращения: 10.01.2015

15 Там же

16 Lenta. Ru. В 2016 году на дежурство встанет новый ракетный комплекс РС-26. URL:  http://lenta.ru/news/2014/12/25/rubezh/.  Дата обращения: 10.01.2015

Автор: Алексей Буланов

Алексей Буланов

Бакалавр политических наук – РГПУ им. Герцена. Магистр международных отношений – СПбГУ. Закончил магистерскую программу по направлению «Стратегические исследования». Согласно результатам всероссийского конкурса «Молодой аналитик - 2015» входит в сотню лучших юных отечественных аналитиков. Автор ряда статей аналитического и публицистического характера. Принимал участие в научно-практической конференции «Герценовские чтения 2015: актуальные вопросы политического знания». Хобби – новостная киножурналистика, неполитическая публицистика и перевод англоязычных текстов.